Бюджетная дыра в 6,5 трлн: что делать и чем грозит

С января по июль федеральный бюджет России недополучил почти 6,5 триллиона рублей, что составляет 2,8% ВВП. Для сравнения, на весь 2024 год в бюджет было заложено 3,8 триллиона рублей дефицита. Расходы за этот период выросли на 14,5% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, тогда как доходы увеличились лишь на 8,8%. Особенно заметное падение показали нефтегазовые поступления.

Цифра в 6,5 трлн может показаться огромной бюджетной дырой, но эксперты не спешат называть это кризисом. Их мнения расходятся относительно дальнейших действий: сокращать расходы или наращивать заимствования. Главный вопрос — как это отразится на кошельках россиян. Аналитики поделились прогнозами с MSK1.RU.

Инвестиционный банкир и экономист Евгений Коган предлагает оценивать дефицит в соотношении с размером экономики. По его прогнозам, если по итогам года дефицит составит около 7 трлн рублей, это будет примерно 3,5% ВВП.

«Это не катастрофа, не гигантская сумма, но неприятная. Да, эта сумма выше той, что ожидалась. Но как-то кардинально повлиять на экономику, в частности вызвать какой-то безразмерный всплеск инфляции, — нет, думаю, нет», — считает Коган.

По его мнению, такой масштаб дефицита не требует экстренных мер. Власти, скорее всего, не пойдут на масштабный секвестр расходов, а сосредоточатся на увеличении доходов. Среди возможных инструментов — дополнительные налоги и заимствования.

Президент Союза предпринимателей и арендаторов России Андрей Бунич настроен менее оптимистично. Он также не считает дефицит критическим, но его беспокоит способ его закрытия.

Бунич полагает, что возможности для дальнейшего повышения налогов почти исчерпаны: «Нет, ну куда уж больше-то, тут лимит исчерпан. По крайней мере, всё-таки хочется надеяться, что головы в Минфине в эту сторону не будут думать. Но тем не менее я бы не считал это абсолютно невозможным. Мало ли у них там еще возникнут идеи [по сокращению дефицита]».

Эксперт ожидает, что власти сосредоточатся на экономии расходов. Возможно сокращение инвестиционных программ и инфраструктурных проектов, включая дорожное строительство. Под удар могут попасть и социальные статьи.

Впрочем, Бунич сомневается в эффективности такого подхода: «Я не уверен, что много от этого [секвестра] будет получено».

Корень проблемы эксперт видит в укреплении рубля. Бюджет сверстан из расчета курса 92,2 рубля за доллар, но фактический курс оказался значительно ниже — 78,4 рубля. Поскольку экспортная выручка поступает в валюте, а расходы финансируются в рублях, крепкий рубль сокращает доходы бюджета после конвертации.

Бунич предлагает постепенно ослаблять рубль, снижая ключевую ставку, чтобы уменьшить давление на бюджет.

«Когда курс стал 70 ни с того ни с сего, это укрепление рубля не имело под собой какого-то, так сказать, объяснения и обоснования. Естественно, когда так сильно меняется курс, в бюджете образуется колоссальная дыра. А потом этот дефицит породил увеличение налогов, сразу сокращение социальных расходов. Но не проще ли как-то отрегулировать курс рубля?! И чиновникам придерживаться тех бюджетных планов, которые были утверждены вами же?!» — рассуждает Бунич.

Оба эксперта считают государственные заимствования реальным инструментом. Дефицит не обязательно покрывать мгновенно — можно выпустить ОФЗ и привлечь средства.

Однако Бунич обращает внимание на дороговизну такого пути. Банки охотно покупают гособлигации в силу их надежности, но высокая ставка делает заимствования слишком затратными для государства, увеличивая стоимость обслуживания госдолга.

Расплачиваться придется не сейчас, а в будущие годы. Уже в текущем году расходы на обслуживание госдолга достигли почти 4 триллионов рублей — около 9% бюджета. Эта статья стала второй по величине после военных, и, вероятно, долговая нагрузка будет расти долго.